Стихи разных авторов

Роберт Рождественский

Дворовых собак
по-особому холят
за то, что они,
на луну подвывая,
от будки до дома
все ходят и ходят
под гулкою проволокой.
Как трамваи... Я их не тревожу.
Я с ними не знаюсь.
За это
они меня вправе облаивать...
Но жарко читать мне
спокойную надпись:
“Собак без ошейников
будут вылавливать”.
За что их?
За внешность?
За клочья репейника?
За пыльную шерсть?
За неясность породы?
За то, что щенками
доплыли до берега?
Доплыли
и стали ошибкой природы?..
Собаки-изгои.
Собаки-отшельники.
Надрывней поминок.
Ребенка добрее.
Они бы надели
любые ошейники, надели бы!
Если б ошейники грели.
За что их?
У них же —
душа нараспашку.
Они ж
в Человечество верят
отчаянно!..
И детское:
“Мама, купи мне собачку...” —
в собачьих глазах
застывает печалинкой...
И вот, —
разуверившись в добрых волшебниках,
последнюю кость
закопав под кустами, —
собаки,
которые без ошейников,
уходят в леса.
Собираются в стаи...
Ты знаешь,
у них уже —
волчьи заботы!
Ты слышишь:
грохочут
ружейные полымя!
Сегодня мне снова
приснятся заборы.
И лязги цепные
за теми заборами.
Где работают собаки
Ефим Семенович Ефимовский

Рассказ про собаку,
Про то, как верна
Людям собака
Во все времена.
Про то, как была
Человеком приручена.
О том, сколько дела
Собаке поручено.

Это случилось
Во мраке веков:
Предки собаки
Ушли от волков,
А волки вдогонку
Сверкнули клыками,
Они не пошли -
И остались волками.

Вот первую дали собаке работу:
Жильё охранять и ходить на охоту.
Собака о дне не скулила вчерашнем
И стала хорошим животным домашним.

Повсюду собак берегли и ценили,
А в Древнем Египте - боготворили.
Взгляните, ребята, на этого бога -
Он с виду собаку напоминает немного.
Стадо овечье собаке послушно,
Собака справлялась с работой пастушьей.

Слоны боевые
известны,
Однако
Была боевой в старину
И собака.
Вооружён до зубов
Этот рыцарь,
Но от собачьих -
Ему не укрыться.

В разное время у разных народов
Собаки ценились различной породы.
Гнаться так резво умели немногие,
Как русские гончие-псы быстроногие.

У нас уважают собаку недаром:
Собака на фронте была санитаром,
Связистом, сапёром. Порою собаки
На танки фашистов бросались в атаки.
Да, на войне получалось и так,
Что "тигры", "пантеры" боялись собак.

Вперёд! Сомнений больше нет!
Настроен пёс решительно.
Сперва взяла собака след
И следом - нарушителя.

В горах беда случится с вами -
Спасение не за горами.
Спешит в пургу , в метель, в мороз
На помощь людям добрый пёс!

А вот ныряльщик – пёс:
В воде
Он проявляет выучку,
И если человек в беде,
Всегда придёт на выручку.

Несутся собаки тропой ледяной -
Терпенье и сила в упряжке одной.

Зал аплодирует, хохочет:
- Что за прыжки! Что за повадки!-
В награду сахара кусочек,
Но труд артиста – ох, несладкий!

Собаки способны не только на трюки,
А верно служили и служат науке.
Кто в космос летал раньше всех?
Угадай-ка!
Правильно!
Наша советская ЛАЙКА!

А это пёс по кличке Шарик,
Хорошим людям дружбу дарит,
Его порода неизвестна,
Но все равно он служит честно!
Пёс по-собачьи предан людям
Во все века и потому
ДАВАЙТЕ ОТНОСИТЬСЯ БУДЕМ
ПО-ЧЕЛОВЕЧЕСКИ К НЕМУ.

Владимир Костров

Мы по утрам идем в деревья,
идем в жару,
идем в мороз.
Витой веревочкой доверья
ко мне привязан старый пес.

Его глаза – глаза не зверя –
все понимают наугад.
Он верит в то, во что я верю,
и рад тому, чему я рад.

Как это празднично и много –
идти по скверу не спеша.
Одна судьба, одна дорога
и на двоих одна душа.

И верится порой рассветной,
что никогда не даст пропасть
души страдающей и смертной
неоскорбляемая часть.

И даже там,
за тенью мрака,
мне будет виден отблеск дня.
Не обижай мою собаку,
пока ты помнишь про меня.

Игорь Киселев
Если станет когда-нибудь туго
Кочевать, башмаками пыля,
Я куплю себе верного друга
Вместе с блохами за три рубля.

Будет он неказист, непородист,
Знатоки не замрут перед ним,
Лопоухий и добрый уродец,
Подзаборных кровей «дворянин».

И во имя соседства и братства, -
Я сумею, мне все по плечу, -
Научу я его улыбаться,
А кусаться его отучу.

Только вдруг,
В человеческом мире
Заблудившись, как пьяный в лесу,
Пес начнет улыбаться
Громиле,
Станет руки лизать
Подлецу?

Мне об этом не думалось, каюсь,
Я совсем позабыл, виноват,
Что в быту нашем сложном
Покамест
За улыбками зубы стоят.

В мире, полном угроз и трагедий,
Без защиты остаться — беда.
И сердито мне скажут соседи:
- Не годится твой пес никуда!

Что ж, и я не живу без ошибок,
Но соседям отвечу я так:
- Верю в день безоружных улыбок
И смеющихся добрых собак!

Для чего нужны коты?
Джей Коноплянска

Спpосил меня один знакомый:
"Вот для чего вам нужен кот?
Ведь кошек не деpжу я дома,
А у тебя один живет."

-Быть может стоpож он "от Бога",
Чужих не пустит на кpыльцо?
- Hет, он мохнатым теплым боком
Щекочет ночью мне лицо.

- Hавеpное он очень ценен,
Пpиносит в дом большой доход?
- Hет, он свеpнувшись на коленях,
Hегpомко песенку поет.

- Я понял! Он охотник ловкий,
Спасает вас от гpызунов.
- Он ловит ленты и веpевки,
Гpоза он обувных шнуpков.

- Пpослушал, видно, я случайно
Зачем вам кот, скажи скоpей.
И я сказала: - Для муpчанья,
И это мне всего важней.

ИСААК ТРАЙНИН
Он умел молчать и звонко лаять,
След остывший без ошибки брать,
И меня - в одно мгновенье только
По движенью пальца понимать.

А вчера полночною порою,
Мы гнались, бежал тайгою след...
Вдруг, почти над самой головою,
Рваным громом грохнул пистолет...

И, быть может, крикнув по-собачьи:
"Не в него! В меня! В меня! В меня! "
Прыгнул друг мой
и упал незрячий -
Мозг пробило стрелами огня...

Он не мог ни говорить, ни плакать,
А вот думать мог, мой честный Джек.
Если б я не знал, что он - собака,
Я сказал бы - это Человек!
Мария СЕМЁНОВА
Из-за пазухи вынув щенка-сироту,
Обратился Хозяин со словом к Коту:
"Вот что, серый! На время забудь про мышей:
Позаботиться надобно о малыше.
Будешь дядькой кутёнку, пока подрастёт?"-
"Мур-мур-мяу!" - согласно ответствовал Кот.
И тотчас озадачился множеством дел -
Обогрел и утешил, и песенку спел.
А потом о науках пошёл разговор:
Как из блюдечка пить, как проситься во двор,
Как гонять петуха и сварливых гусей...
Время быстро бежало для новых друзей.
За весною весна, за метелью метель...
Вместо плаксы-щенка стал красавец кобель.
И, всему, отведя в этой жизни черёд,
Под садовым кустом упокоился Кот.
Долго гладил Хозяин притихшего Пса,
А потом произнёс, поглядев в Небеса:
"Все мы смертны, лохматый...
Но знай, что душа
Очень скоро в другого войдет малыша!"
Пес послушал, как-будто понять его смог,
И... под вечер котёнка домой приволок.
Тоже - серого! С белым пятном на груди!..
Дескать, строго, Хозяин, меня не суди!
Видишь, маленький плачет? Налей молока!
Я же котику дядькой побуду пока...

Эдуард Асадов.
Они уходят. Это неизбежно.
Так короток собачьей жизни век!
Они нас любят преданно и нежно
Все эти десять с чем-то кратких лет.

Они уходят. Мы же остаемся.
Так горько, жалко!...но не отменить
Смертей, болезней. Да, мы остаемся -
Мы остаемся помнить и любить.

Мы остаемся вспоминать их взгляды,
Их лай с утра и порванный диван,
И как они всегда нам были рады,
И как упрямы были как баран.

Они уходят. Память остается.
Мы эту память им за все должны.
...Но снова лай в квартире раздается.
"Он так похож...". И мы опять нужны.

Эдуард Асадов.
]

ТИГР
Уильям БЛЕЙК (перевод С.Маршака)

Тигр, о тигр, светло горящий
В глубине полночной чащи,
Кем задуман огневой
Соразмерный образ твой?

В небесах или глубинах
Тлел огонь очей звериных?
Где таился он века?
Чья нашла его рука?

Что за мастер, полный силы,
Свил твои тугие жилы,
И почувствовал меж рук
Сердца первый тяжкий звук?

Что за горн пред ним пылал?
Что за млат тебя ковал?
Кто впервые сжал клещами
Гневный мозг, метавший пламя?

А когда весь купол звёздный
Оросился влагой слёзной, –
Улыбнулся ль наконец
Делу рук своих творец?

Неужели та же сила,
Та же мощная ладонь
И ягнёнка сотворила,
И тебя, ночной огонь?

Тигр, о тигр, светло горящий
В глубине полночной чащи!
Чьей бессмертною рукой
Создан грозный образ твой?

Уильям БЛЕЙК (перевод С.Маршака)

Поэма кота
Екатерина Агафонова

Мне казалось - я бегу
Полем
На не чующих травы
Лапах:
Я не помню никакой
Боли,
Смерть была - один большой
Запах.

Помню небо -
Древний Кот многоликий.
Отряхнулся и пошёл,
Как по карте.
Не взаправду же ведь я - Дикий,
Чтоб смотреть, что там лежит
На асфальте.

А потом запахло мёдом и мятой,
Я в траву влетел по самые уши,
И решил, что в новой жизни (девятой)
Буду тем же, кем и был, только лучше.

Был котёнком, в сказки не верил,
А потом забыл, как все забываем -
Здесь всегда распахнуты двери,
Это место называется Раем.

Рай кошачий, до последних окраин,
Благодать для тех, кто здесь поселился,
Но уж больно убивался хозяин -
Я чуть сразу же назад не родился.

Весь поникший от нахлынувшей скуки,
Брёл по Раю в поисках дома,
И уткнулся в чьи-то тёплые руки,
Руки пахли странно знакомо.

Не запомнилось лицо и окраска -
Прятал морду в вороте платья.
Был покой и тихая ласка,
А потом нас встретили братья.

Было солнце (просто так, не в окошке)
Золотым, как рыбка на блюде.
И все были мы здесь - общие кошки,
А у нас, конечно, - общие люди.

Мы со взрослыми котами небрежно
Выходили в круг - померяться силой,
И мурлыкали мне кошки так нежно,
Потому что я большой и красивый.

Здесь тепло всегда, и чисто, и сухо,
Не бывает ни дождей, ни метели.
Раз порвал я, значит, Серому ухо -
Зажило, и пожалеть не успели.

Серый крут, он подох, видно, в драке.
Серой масти - аккурат мой братишка:
По ночам ему всё снятся собаки,
Он рычит на них во сне, но не слишком.

Мне же снится: я бегу
Полем.
Каждая травинка -
Резная:
Может, каждый выбирать
Волен?
Я всего лишь кот, я -
Не знаю.

Екатерина Агафонова

В лесочке над речкой построена дачка.
Б.Заходер

На дачке живет небольшая собачка.
Собачка довольна и лесом, и дачей,
Но есть огорчения в жизни собачей.

Во-первых, собачку слегка обижает
Высокий забор, что ее окружает.
Ведь если б не этот противный забор,
То с кошками был бы другой разговор!

Ее огорчает, что люди забыли
Придумать собачкины автомобили.
Собачка обиды терпеть не желает:
Она на машины отчаянно лает!

Ей грустно глядеть на цветочные грядки:
Они у хозяев в таком беспорядке!
Однажды собачка их славно вскопала,
И ей же, представьте, за это попало!

Хозяин собачку за стол не сажает,
И это, понятно, ее обижает:
Не так уж приятно приличной собачке
Сидеть под столом, ожидая подачки!

Но дайте собачке кусочек печенья -
И сразу окончатся все огорченья!

Лучшая в мире собака!

Ты умеешь любить, ты умеешь прощать!
Я тебе доверяю все тайны!
Ты меня никогда не посмеешь предать,
Мой товарищ, надёжный и странный!
Ты умеешь внимательно слушать меня,
Ты тактичен, умён, осторожен,
Настроенье моё ты способен понять,
Словно ты его чувствуешь кожей!
Ты - отрада моя, в мои трудные дни,
Снимешь боль, защитишь от напасти!
Я не знала такой безграничной любви!
И такого огромного счастья!
Ты умеешь дружить, всей душой, и на век,
Но бывает мне грустно, однако
И немножечко жаль, что ты не человек,
Ты – лишь лучшая в мире собака!

Квартал перед сносом

Здесь бродят псы, доверчивы и тощи,
К прохожим льнут — не отогнать никак!
Хозяева на новую жилплощадь
С собой не взяли кошек и собак.

Продуты ветром черные бараки.
Здесь по ночам, во тьму вперяя взгляд,
Оставленные кошки и собаки
Поодиночке в комнатах сидят:

Еще в углах живет знакомый запах,
Еще надежды дух не истребим,
И вздрагивают головы на лапах —
В коротких снах приходят люди к ним!

Настал сентябрь. В покинутом квартале
Над блеклою листвой кружится сор…
Вдруг резко тормоза заскрежетали
И мальчик с плачем бросился во двор.

И закричал у дома: «Борька! Борька!» —
Взъерошен, длинноног и длиннорук.
По лестнице взбежал и плакал горько,
И снова принимался звать!
И вдруг

Явился кот,
Облезлый, драный, грязный,
Сощурился на громкий зов, на свет,
Уже привыкнув к жизни несуразной,
Где дом — не дом, и человека нет.

И мальчик потащил его к машине,
Не чуя ног, не чувствуя земли,
И слезы счастья — самые большие! —
На шерсть кота бесстрастного текли…

А из такси родители смотрели,
Не говоря друг другу ничего,
И их сердца внезапно подобрели,
Постигнув сердце сына своего.

Они, наверно, чувствовали смутно,
Что мир вещей, отнявший столько сил,
Мир суетных забот сиюминутных
Их души постепенно исказил.

Но только… если глупый мальчик плачет,
Целуя в нос несчастного кота,
То это все в конечном счете значит,
Что в мире есть любовь и доброта!

И улыбалась женщина устало,
И муж смотрел растерянно в стекло
На жалкие строения квартала,
Где детство их давным-давно прошло…

Бенгальский тигр
(Эдуард Асадов)

Весь жар отдавая бегу,
В залитый солнцем мир
Прыжками мчался по снегу
Громадный бенгальский тигр.

Сзади - пальба, погоня,
Шум станционных путей,
Сбитая дверь вагона,
Паника сторожей...

Клыки обнажились грозно,
Сужен колючий взгляд.
Поздно, слышите, поздно!
Не будет пути назад!

Жгла память его, как угли,
И часто ночами, в плену,
Он видел родные джунгли,
Аистов и луну.

Стада антилоп осторожных,
Важных слонов у реки, -
И было дышать невозможно
От горечи и тоски!

Так месяцы шли и годы.
Но вышла оплошность - и вот,
Едва почуяв свободу,
Он тело метнул вперед!

Промчал полосатой птицей
Сквозь крики, пальбу и страх.
И вот только снег дымится
Да ветер свистит в ушах!

В сердце восторг, не злоба!
Сосны, кусты, завал...
Проваливаясь в сугробы,
Он все бежал, бежал...

Бежал, хоть уже по жилам
Холодный катил озноб,
Все крепче лапы сводило,
И все тяжелее было
Брать каждый новый сугроб.

Чувствовал: коченеет.
А может, назад, где ждут?
Там встретят его, согреют,
Согреют и вновь запрут...

Все дальше следы уходят
В морозную тишину.
Видно, смерть на свободе
Лучше, чем жизнь в плену?!

Следы через все преграды
Упрямо идут вперед.
Не ждите его. Не надо.
Обратно он не придет.

Агародник Татьяна

Глаза собаки..., что лишилась дома...!
Ты в них смотрел хоть раз, хозяин сытый?
Тебе тоска по ласке не знакома?
Ботинком грязным не был ты избитый?

Ты раны не зализывал, теряяя
В безумной лихорадке сны и разум,
И другу своё сердце доверяя,
Не знал его предательства ни разу?

Тебе… по подворотням… не валяться!
Не мучиться… от голода… и… боли!
И… не дрожать в снегу при минус двадцать,
Щенков холодных пряча под собою...

Тебе по ним не выть безлунной ночью,
Оплакивая маленькие души...
Живи, хозяин сытый, долго очень.
Но! Больше не бери живых игрушек...

Позабыты счастливые дни,
Тренировки, победы, медали,
Все это теперь позади и, увы,
Доберман постарел и уже не в регалиях.

И решение принято - больше не нужен,
А зачем? Он не может доход приносить,
И на выставках больше уже он не "Бест",
Доберман хуже слышит и больше стал есть.

В руки взяв поводок, посадив пса в машину,
Хозяин подальше от дома собаку завез.
На прощанье погладил провисшую спину,
И остался один старый брошенный пес.

Он привык по команде сидеть и ждать.
И он верил - хозяин вот-вот вернется,
В жизни этой бывает порой и так,
Что породистый пес один остается.

И минуты текли одна за одной,
А в глазах уже было мутно.
Доберман замерзал в тишине ночной,
Замерзал вторые сутки.

И неделю спустя, из по парку гуляющих
Кто-то вскрикнул: Смотрите, а там сидит пёс.
Подходя люди думали: вроде собака живая,
Но он умер, как будто бы в землю врос.

И когда пёс за Радугой встретит хозяина,
Подбежит, как и раньше хвостом виляя,-
Ведь тот был для собаки святее всего,
И на небе собаки всё людям прощают…

Сергей Ерошенко
Сколько сказано слов.
Может чья-нибудь муза устала
Говорить о войне
И тревожить солдатские сны…
Только кажется мне,

До обиды написано мало
О собаках-бойцах,
Защищавших нас в годы войны!

Стёрлись в памяти клички,
Не вспомнить теперь и мордашку.
Мы, пришедшие позже,
Не знаем совсем ничего.
Лишь седой ветеран
Ещё помнит собачью упряжку,
В медсанбат дотащившую
С поля боя когда-то его!

Связки мин и гранат
Относили собаки под танки,
Защищая страну
И солдат от нависшей беды.
После боя бойцы
Хоронили собачьи останки,
Только нет там теперь
Ни холма, ни звезды!

Батальон окружён,
Ни еды, ни снарядов, ни связи,
Свистопляска вокруг
И осколков и пуль круговерть.
С донесением псы
Пробирались и близили праздник,
Всем даруя свободу,
А себе, зачастую, лишь смерть.

И собачья честь
Не замарана подлым предательством!
Жалким трусом из псов
Не отметил себя ни один!
Воевали они
Без присяги, но всё ж с обязательством,
Вместе с Армией Красной
Уничтожить фашистский Берлин.

И когда в майский день
На могилы приходим святые,
И святое храня
Мы минуту молчанья стоим,
То пускай эта дань -
И огонь, и цветы полевые
Будут памятью светлой,
Будут скромной наградой и им!